Обозные колонны отстали от русских частей. Где-то рядом — немецкие патрули и бронеавтомобили с пулеметами. Лошади выбились из сил, люди тоже. Одни предлагают уходить немедленно, другие понимают: еще одного перехода они не выдержат. Так в 1914 году, в ночь на 14 сентября по нынешнему календарю, воины остановились возле Мариамполя.
Часовой Дмитрий Серегин заметил на небе необычайно яркую звезду. Она стала бледнеть, вокруг появились светящиеся точки, а затем солдаты различили фигуру Божией Матери с Младенцем Христом. Правая рука Богородицы была обращена на запад. Для одних это было указанием пути, для других — благословением.
По стоянке побежали звать товарищей. Воины снимали головные уборы, крестились, вставали на колени. Поручик Александр Зернец вышел позже и, по его словам, видел происходившее всего несколько минут. Другие свидетели говорили, что явление длилось дольше. После исчезновения образа некоторые различили на его месте крест. Показания расходились в деталях, но сходились в главном: звезда, Богородица с Младенцем, свет и рука, обращенная к западу.
Самое сильное в этом рассказе произошло с людьми. Еще недавно они плакали, ожидая плена или гибели. Теперь молились и смогли дождаться утра. На рассвете обозы встретили русские части и вышли из опасного положения. Угроза была реальной; вера не стерла ее задним числом. Но страх перестал владеть людьми безраздельно.
Название иконы легко вводит в заблуждение. Видение связывали с местом возле Мариамполя, а Августовская она потому, что вскоре произошли бои в районе города Августова. Солдатский рассказ разошелся по стране: сначала через товарищей и военных священников, затем через газеты, открытки и рисунки. Для семей, провожавших близких на фронт, это была история о людях, которые считали себя оставленными, но вернулись к своим.
Изображения появились раньше официального церковного решения. Художники по-разному рисовали небо, лагерь и Богородицу: ведь единого образца еще не было. Военные священники собирали показания, а Святейший синод изучал их. В 1916 году он благословил почитание икон, изображающих явление русским воинам возле Мариамполя. Одобренная работа Ольги Ильиной стала образцом для иконописцев.
Одну из таких икон заказали казачки хутора Клецко-Почтовского. Они собрали деньги и написали на ней имена 52 воинов, о здравии которых молились. За каждым именем стояла семья, ждавшая вестей с фронта. В советские годы образ пришлось прятать; по церковному преданию, его даже разделили на две части, чтобы сохранить. Позднее икона вернулась в Кременской Вознесенский монастырь.
Память Августовской иконы совершается 14 сентября. На ней видны молящиеся солдаты и Богородица с Младенцем над ними. Но за этим изображением легко разглядеть то, что знакомо и человеку, никогда не бывшему на войне: ночь, в которой не знаешь, что будет утром. Воины попросили помощи, дождались рассвета и встретили своих. Так их личное свидетельство стало образом надежды для других. Икона не обещает, что никогда не будет беды. Она напоминает: даже когда выхода пока не видно, можно не оставаться со своим страхом одному.
